• А вы знали?
  • Ахтерштевень - элемент набора судна; открытая или замкнутая рама в кормовой оконечности, являющаяся продолжением киля. Через А. проходят баллер руля и гребной вал.

Johny
О лодках, водоемах, спирте и спорте.
Аватар пользователя
Johny
Администратор
Администратор
 
Сообщений: 6163
Зарегистрирован: 27 окт 2013, 09:11
Откуда: Химки 8-916-993-38-47
Реальное имя: Евгений Овчинников
Лодка: Дракон
Мотор: Mercury 50 EO
Акватория: Иваньковское водохранилище
Клубная карта №: 0001
Дневник: Просмотр записи (13)
Подписка на комментарии

ЛЕГЕНДА О МОТОБОТЕ 666

Постоянная ссылка Johny 12 фев 2016, 13:44

Встреча с кораблем-призраком - «Летучим Голландцем», идущим на всех парусах в никуда, издавна является для мореплавателей предвестником черной беды. Многие утверждают, что кроме «голландца», других проклятых кораблей не существует. Однако подобные заявления не соответствуют действительности. Капитан Юхан Сигвард - одна из легенд Ладожского озера.

Эта история началась в Финляндии, незадолго до так называемой зимней войны. В 1937 году в Кякисалми (ныне Приозерск) поселился шведский капитан Юхан Сигвард. Его появление в заштатном финском городке вызвало повышенный интерес, который скоро сменился на чувство неприязни и страха. К чему, кстати, имелись веские основания.

Сигвард был огромного роста, силен и нелюдим. Всех финнов считал недочеловеками, о чем, бывало, и сообщал местным жителям. Имел собаку чудовищной злобы и мутной породы (говорили, что помесь гренландской лайки и полярного волка). Поселился на Дальней Мызе - месте, имеющем скверную репутацию. На воскресных церковных службах отсутствовал. Когда же досточтимый пастор Сиволайнен проявил интерес по поводу того, какой он веры придерживается, капитан с ухмылкой ответил: «Иудейской». И так злобно глянул на священника, что тот счел за благо немедля ретироваться.

Вскоре Сигвард приобрел морской мотобот «Господня благодать» и, закрасив его прежнее название, вывел на борту черной краской зловещие цифры - «666». Затем на Дальней Мызе появился гость капитана - глухонемой тип с лицом закоренелого преступника. С этого момента практически каждую ночь мотобот «Три шестерки» (как его окрестили местные жители) уходил в открытую Ладогу.

Зачем? О причинах можно было только догадываться, но то, что не для лова рыбы, в этом не сомневался никто.

Однажды рыбаки Карвонен и Такконен задержались на промысле. На озеро опустилась тихая ночь, что бывает на Ладоге редко. Показалась луна, озарив все вокруг холодным, мертвенным светом. «Полнолуние», - сказал Карвонен. «О да», - через полчаса согласился Такконен.

Внезапно чуткое ухо Карвонена уловило прерывистый вой. «Волк воет, ты слышишь, Такконен?» - спросил он. Тот подумал и ответил: «Мы стоим у Чертовой банки, до берега свыше десяти километров. Каким, по-твоему, должен быть этот волк, чтобы его голос был слышен на таком расстоянии?» Но вой становился все отчетливей, и столько скрытой угрозы и ярости таилось в нем, что оба замерли и тревожно переглянулись.

Утлый челн качнуло тяжелой волной, и рыбаки увидели проходящий недалеко от них на малых оборотах мотобот Сигварда. На носу «Трех шестерок» возвышалась могучая фигура капитана. Рядом с ним сидела его страховидная собака. И чья глотка - человеческая или собачья, исторгала столь неистовый и пугающий звук, определить было невозможно. («Оба выли», - позже уверяли рыбаки.)

Издалека, с темных просторов Ладоги, что-то ответило неясным зовом: не то зловещим шепотом, не то жутким вздохом. Или это налетел порыв ветра? Но мотобот тут же изменил курс и пошел в открытое озеро.

Накануне дня святого Улофа, когда, по старинным скандинавским поверьям, ведьмы и прочая нечисть слетаются на шабаш в местечко Блакулла, в Кякисалми случилось несколько кошмарных событий. Ночью кто-то проник в городскую кирху и совершил в ней ужасное святотатство: надругался над распятием, посбивал с постаментов скульптуры святых и оставил на кафедре проповедника некую мерзость, схожую с человеческим экскрементом. А вечером следующего дня кем-то был похищен пятилетний ребенок вдовы Лисы Ховенхеймо, побирушки и горькой пьяницы, живущей на окраине города. Ее сосед, ветхий старик, утверждал, что девочку увез на большой лодке с числом зверя сам дьявол - огромный и страшный. Однако окружающие к словам старика отнеслись безразлично, поскольку всем хорошо было известно, что Саполайнен, вследствие преклонного возраста и тяжелой контузии, полученной им в боях с «красными» финнами, давно уже замечает вокруг себя апостолов, ангелов и чертей...

Только директор местного музея Вяхавяйнен, человек начитанный и прозорливый, воспринял слова ветерана серьезно и поспешил к полицейскому исправнику Кууконену, которому сообщил о своих подозрениях. Полицейский вежливо выслушал его и сказал: «Ко мне уже прибегал наш городской библиотекарь господин Кюляя, так вот он считает, что Сигвард - большевистский агент, готовящий в Финляндии новую революцию. С библиотекарем ясно: свихнулся человек на шпионских романах, но от вас, честно признаюсь, таких выводов не ожидал, тем более со всей этой мистикой и чертовщиной».

Однако в отчете о происшествиях, составленном для Полицейского управления в Хельсинки, исправник подробно изложил версию Вяхавяйнена, выдав ее за свою, а на Дальнюю Мызу направил полицейский наряд (наряд вернулся ни с чем: хозяин мызы и его гость отсутствовали, как и мотобот у причала).

В полночь 31 августа в день святого Улофа над Ладогой разразился сильнейший ураган и гроза. Такого буйства стихии не помнили старожилы. Волнами повредило мол и городской причал, порывами ветра валило вековые деревья и срывало кровлю с домов. И всю ночь в предместьях Кякисалми жарко пылала, вероятно, подожженная ударом молнии, Дальняя Мыза.

После этого урагана мотобот «Три шестерки» больше не видели. Он вместе с командой бесследно канул в пучине озера. Полицейские запросы в порты Лахденпохья, Сортавала, Импилахти и даже официальное обращение к советским пограничникам не принесли положительных результатов...

«…Тот, кто сумеет подчинить своей воле водных духов Ладоги, сможет овладеть и несметными сокровищами, сокрытыми в его глубинах…» «Улеаборгская хроника», XV век.

…Эта жуткая история пришла к нам из Финляндии, когда нынешний Приозерск еще именовался Кексгольмом. Как-то в городке появился новый житель – шведский капитан Юхан Сигвард. «Кто таков?» - заинтересованно всполошились жители, жадные до всякой новизны в крошечном городишке. Правда, вскоре интерес сменился страхом и неприязнью. Уж больно непривлекателен, мягко говоря, был тот капитан. Ростом – чистый исполин, силен, как вепрь, и нелюдим, словно дикий зверь. Кстати, о звере: повсюду за пришлым чужаком неотступно следовал пес, злобный, как и его хозяин. Шведский капитан презирал новых соседей-финнов, о чем прямо и сообщал им. Поселился чужестранец на Дальней Мызе – гиблом, дурном месте, подстать самому Сигварду.

На воскресных мессах Юхан неизменно отсутствовал и, когда местный пастор справился о том, какой веры придерживается новый поселенец, тот ухмыльнулся: «Иудейской!» И так зыркнул на пастора, что тот предпочел убраться восвояси.

А вскоре наш герой прикупил мотобот «Господня благодать» и несколько видоизменил название: безжалостно закрасив прежнее, вывел зловещие черные цифры – «666». В общем-то, с этого все и началось…

Ночные прогулки

С той поры каждую ночь зловещий мотобот «Три шестерки» уходил в открытую Ладогу. Думаете, на рыбный промысел? Ох, сомнительно. Как-то раз пара рыбаков задержалась на озере до глубокой ночи. Ладога была тиха, что нечасто случается, да еще полная луна явилась на небо…Вдруг до слуха рыбаков донесся жуткий низкий вой. Неужто волк? До берега 10 километров, каким же голосистым должен быть зверюга?

…Вой приближался, и столько лютой ярости было в нем, что рыбаки страшно пожалели, что в этот момент они не дома. Тьма расступилась, и рядом с лодкой возник известный нам мотобот. На носу его стоял огромный капитан в брезентовой робе, рядом сидел верный пес. И чья глотка – человеческая или собачья - исторгала леденящий душу вой, определить было невозможно. На жуткий зов внезапно отозвалось… озеро: полыхнуло вдали неярким светом и шепнуло что-то зловеще. Сигвард радостно направил «Три шестерки» туда…

Как в воду канул…

Накануне дня Святого Улофа, 30 августа, когда, по старинным скандинавским поверьям, вся нечисть собирается на шабаш, в Кексгольме случились кошмарные события. Ночью кто-то пробрался в церковь, надругался над распятием, скинул с постаментов фигуры святых и оставил на кафедре проповедника, мягко скажем, некую мерзость. А на следующий день пропала пятилетняя девочка – дочка горькой пьянчужки с окраины города. Единственный свидетель, древний старик, убеждал, что малышку увез сам дьявол на лодке с числом зверя. Но кто же поверит выжившему из ума бедняге, который давно уже видит вокруг себя хороводы чертей…

А в полночь над Ладогой разразился ураган с грозой, равных которым не помнили даже старожилы. Стихия бушевала, вырывая с корнем деревья и срывая крыши домов. И всю ночь жуткое зарево полыхало над Дальней Мызой. Может, виной тому удар молнии, а может…

Когда природа сменила гнев на милость, обнаружилось, что Юхан Сигвард бесследно исчез на своем адском мотоботе. Полицейские искали капитана, да что толку…

Вечный скиталец

О том, что Ладожское озеро до самого дна пропитано мистикой, говорят с древних времен. Оно настолько большое и глубокое, что вполне может считаться внутренним морем. Со средневековья сохранились грамоты и хроники, рассказывающие, что в Ладоге живут водные духи. И зорко охраняют сокровища, покоящиеся на его дне. Тому, кто подчинит своей воле духов, они отдадут несметные богатства и станут повиноваться. Но горе, если водные стражи окажутся сильнее. Из всех обитателей загробного мира утопленники – самые коварные и свирепые, и страшно подумать, что они могут сотворить с тем, кто их разозлил…

О Юхане Сигварде известно немного. Родился он в Упсале в 1883 году, с отличием окончил морскую навигаторскую школу и бороздил водные просторы в качестве помощника капитана. А вскоре его в буквальном смысле попутал бес: моряк примкнул к запрещенной секте «Великий Герцог Барбатос». Кто такой Барбатос? «Всего лишь» демон, Восьмой дух, подвластный Люциферу. Он умеет открывать спрятанные клады, знает все о прошлом и будущем и понимает пение птиц и лай собаки. Говорят, будучи капитаном судна «Королева Кристина», демонопочитатель Сигвард превратил его в «филиал» секты, где справлялись таинственные ритуалы.

И однажды пытливый ученик решил применить полученную «грамоту» на практике, вознамерившись отыскать сокровища Ладоги, о которых слышал немало. Несомненно, разрушение церкви и похищение ребенка – дело рук Сигварда. Жертвоприношение посвящалось водным духам. Коварные утопленники, как говорится, вступили в контакт, да только покорить их Сигварду не удалось. И они отомстили, отправив самонадеянного алчного капитана на вечные скитания по водной глади Ладоги. Но неуемный капитан и после смерти продолжает собирать дань – для тех, кого хотел сделать своими слугами, а сделал хозяевами.

…Возможно, это всего лишь легенда сродни сказаниям о Летучем Голландце. Однако мрачный мотобот и сегодня встречают на Ладожских просторах. А само озеро протяжно вздыхает и таинственно шепчет…

Летом 1955 года старшина балтийского флота Семен Шкруднев гостил у своей родни в поселке на побережье Ладожского озера. Как-то под вечер он вышел на моторной лодке в Ладогу, чтобы проверить поставленные накануне сети. В районе острова Ряпой моторка налетела на «топляк» и быстро затонула. Семен вплавь добрался до каменистого островка. Всю ночь старшина «куковал» на холодных камнях, время от времени оглашая темноту яростными воплями о помощи.

Едва стало светать, как он заметил проступающий сквозь туман силуэт стоящего мотобота. Семен закричал, привлекая внимание, но тщетно, на судне не отозвались. Недолго думая, Шкруднев бросился в воду и поплыл к мотоботу, благо до него было около сотни метров. Доплыв, стал кричать и стучать по обшивке, и вновь ответом ему служила непонятная тишина. Старшина заметил свисающий с кормы трос, схватился за него, подтянулся и перевалился на палубу. Когда он очутился на ней, судно медленно двинулось от острова, оставляя его за стеной густого тумана.

Первое, что почувствовал Семен на борту, - странный, почти зимний холод и сильный запах потревоженного ила. Затем он обратил внимание на поржавевшие судовые механизмы и снасти, на палубу, густо залепленную засохшим птичьим пометом, валяющиеся на ней пучки гниющих водорослей и высохшие трупы чаек. «Вот так свинарник, мать твою!» - подумал старшина, привыкший к флотской чистоте и порядку. И тут же заметил стоящую у штурвала фигуру в брезентовой робе.

Шкруднев направился к рубке и, подойдя к открытой двери, спросил: «Куда идем, капитан?» «В ад», - ответил глухой, словно из трюма, голос. Семену показалось, что он ослышался, но в это мгновение фигура повернулась к нему. Под низко надвинутой капитанской фуражкой старшина успел рассмотреть желтую кость с черными пятнами тлена, зияющие пустотой провалы глазниц, темный провал носа и жуткий оскал мертвых зубов! В ту же секунду Шкруднев бросился за леера и, подстегиваемый диким ужасом, быстро поплыл прочь от страшного мотобота.

Когда старшину случайно заметили с проходящего рыболовецкого баркаса, он едва держался на плаву. Рыбаков удивило, что при оказании помощи тонущий сопротивлялся и, уже вытащенный из воды, пытался снова выпрыгнуть за борт, пока его не напоили спиртом и не заперли в кубрике.

С этого момента команды пассажирских пароходов, грузовых и рыболовецких судов время от времени наблюдали в разных районах Ладоги мрачный, неухоженный мотобот. Обычно его видели в сумраке наступающего рассвета. Либо на закате. Но несколько раз встречали и ночью. На облупленных, поржавевших бортах с трудом угадывался какой-то трехзначный номер, точно определить который не представлялось возможным. «Сегодня опять «обструхая» встретили», - бывало сообщали капитаны ладожских судов и всякий раз отмечали одну и ту же странную деталь: на палубе мотобота никогда не было видно людей.

...В августе 1982 года в пионерском лагере «Ладожский» на вечернем построении недосчитались трех пионеров. «Немедленно разыскать и наказать!» - рявкнул в рупор начальник лагеря. Пионервожатые бросились исполнять приказание. Один из них по фамилии Друзман, заметил, как от лагерного причала отчалил мотобот со стоящими на корме пионерами. «Стоп машина!» - заорал Друзман. Дети радостно загалдели, узнав своего вожатого, а из рубки показалась фигура в замызганной робе, и мотобот скрылся в вечернем тумане.

На поиски пионеров, увезенных на неизвестном судне, были брошены милицейские силы. Сотрудник областной прокуратуры строго допрашивал Друзмана: «Значит, номера мотобота и личность из рубки ты не запомнил. Что же в таком случае тебе удалось разглядеть?» «Мне показалось, что одежда на том типе как-то странно болтается, словно на вешалке. Под ней совершенно не чувствовалось тела», - подумав, ответил вожатый. «М-да, сомнительный ты фрукт, Друзман. Тебе бы, дылде, на заводе работать, а ты с детишками возишься, пионерок за ляжки хватаешь. Опять же, следствию ничего полезного сообщить не желаешь. Арестовать тебя следует, Друзман», - злился на бестолкового свидетеля работник прокуратуры. Тот пугался и начинал жалобно хныкать.

Пропавших детей искали долго, но тщетно. Неустановленным остался и мотобот, хотя следствие проверило все малотоннажные суда Северо-Западного пароходства и даже Ленинградского морского порта.

Последний раз призрачное судно видели на Ладоге зимой нынешнего года - при весьма трагических обстоятельствах. Под вечер 27 февраля сильным ветром в Волховской губе оторвало от берега огромную льдину с рыбаками-любителями и понесло в открытое озеро. В беду попало около тысячи человек. Из-за сложных метеоусловий и плохой видимости спасательные работы пришлось отложить до утра, поэтому всю ночь бедолаги провели среди мрака, стужи и волн.

Когда эвакуация рыбаков завершилась, многие из них принялись возмущаться: «Почему ваш мотобот взял на борт всего четырех человек и ушел? Где этот капитан, мы ему рыло начистим!» «Спасательные работы производились вертолетами, никаких судов задействовано не было», - удивился начальник оперативного штаба. Однако выяснилось, что в полночь к дальнему концу льдины неслышно пристал мотобот. Толпа с надеждой побежала к нему, но едва на борт поднялись четверо самых резвых рыболовов, он не стал ждать других и ушел в бушующее озеро. «Ничего не понимаю», - развел руками начальник штаба. На всякий случай он связался по радио с региональным МЧС, где получил подтверждение, что ни одно судно в эвакуации рыбаков участия не принимало. "

…Возможно, это всего лишь легенда сродни сказаниям о Летучем Голландце. Однако мрачный мотобот и сегодня встречают на Ладожских просторах. А само озеро протяжно вздыхает и таинственно шепчет…

Перед соревнованиями мы не тренируемся. Сильным тренировки не нужны, а слабым - не помогут!
Комментариев: 0 Просмотров: 40036

На борту!

Зарегистрированные пользователи: нет зарегистрированных пользователей